Александр Клименко: Украинская прокуратура и суд отошли от практики политического преследования оппонентов нынешней власти

Александр Клименко

Александр Клименко – украинский государственный деятель, экс-министр доходов и сборов Украины – одержал очередную победу в суде: 6 июля Высший специализированный суд Украины признал недостоверной информацию о его якобы причастности к коррупционным схемам, которую распространяли в СМИ министры правительства Арсения Яценюка.

О преследовании по политическим мотивам у себя на родине, о ситуации на Донбассе и о жизни политэмигранта в России – наш откровенный разговор с Александром Клименко.

 

Александр Викторович, прежде всего, позвольте поздравить Вас с победой в суде. По Вашему мнению, как это стало возможным в современных украинских реалиях и какие последствия вердикт суда будет иметь для высшего руководства Украины?

– Высший специализированный суд Украины принял действительно важное решение, признав недостоверной информацию о моей якобы причастности к коррупционным схемам, созданию конвертационных центров и нарушениям с возмещением НДС, которую распространял в СМИ уже бывший глава ГФС Игорь Билоус. Этим решением украинская Фемида продемонстрировала, что, несмотря на попытки террора в отношении судей, эта ветвь власти сохранила остатки независимости и вполне может противопоставить себя агрессивной политике репрессий, которую нынешняя власть проводит в отношении своих самых сильных оппонентов.

Это же не первое подобное судебное решение по Вашему иску?

– Да, в апреле 2015 года я выиграл процесс против главы СБУ Валентина Наливайченко, который неоправданно обвинял меня в финансировании сепаратизма и причастности к трагическим событиям в Одессе 2 мая 2014 года. Тогда суд тоже признал все обвинения недостоверными и обязал публично их опровергнуть. К сожалению, опровержения я так и не дождался, однако недостоверная информация была удалена из официального сайта СБУ. Видимо, власть не считает необходимым выполнять решения суда, и ставит себя выше закона.

Вы прослеживаете некую связь между заявлениями глав СБУ и фискальной службы, которые они делали в отношении Вас?

Необходимо понимать, что все происходящее вокруг моего имени последние полтора года – все эти грязные информационные кампании, преследования и обвинения – это был заказ и политические репрессии. Они не имеют под собой никаких оснований.

Вы говорите о происходящем в прошедшем времени. Означает ли это, что ситуация с преследованием представителей бывшей власти в Украине как-то изменилась в последнее время?

– На этот вопрос невозможно ответить однозначно. С одной стороны, за те провокации и грязные информационные кампании, которые организовывала против меня и других представителей нашей команды новая украинская власть, до сих пор никто не понес наказания. К сожалению, правящий сегодня в Украине режим до сих пор не избавился от пагубной привычки нагло и неаргументированно обвинять нашу команду во всех бедах.

С другой стороны, немногочисленные, но все же здоровые силы в обществе и во власти продолжают стоять на стороне законности и здравого смысла. Несмотря на хаос, который творится в высших эшелонах власти, все-таки в судебной системе и в правоохранительных органах есть люди, для которых правосудие и честь мундира важнее разнарядок сверху. То есть, мы уже можем с уверенностью констатировать, что прокуратура и суд отошли от практики огульного преследования представителей нашей команды.

Что вы имеете в виду под «здоровыми силами»?

– Мы начали разговор с того, что судьи Высшего специализированного суда стали на сторону справедливого правосудия и фактически пошли против той репрессивной политики, которую реализовала по отношению к нам нынешняя власть.

Также я имею в виду активную работу по противодействию коррупции внутри правоохранительных органов. Арест прокурора Краматорска, который показали в прямом телевизионном эфире – показательный и крайне важный шаг. Он стал возможным благодаря принципиальной позиции первого заместителя главного военного прокурора Украины Владимира Жебрицкого и заместителя генерального прокурора Давида Сакварелидзе.

То есть вы позитивно относитесь к работе грузинской команды в Украине?

– Можно по-разному относиться к иностранцам во власти, но принципиальную позицию Давида я глубоко уважаю и считаю, что это как раз тот человек, который сегодня крайне нужен нашей правоохранительной системе. Безусловно, его активная работа по борьбе с коррупцией была бы невозможна без поддержки Генерального прокурора Виктора Шокина. Я давно знаю Виктора Николаевича и полностью уверен в его высоком профессионализме и принципиальной позиции по отношению к коррупционерам в прокуратуре. Последние следственные действия, проведенные в ГПУ, только еще раз подтвердили мою уверенность в том, что ни Шокин, ни Сакварелидзе не будут терпеть коррупцию в прокуратуре.

То есть, по-Вашему, общая картина в правоохранительной сфере в Украине не так уж и плоха?

– Я не говорю о системе в целом, я говорю о конкретных личностях – тех, кто остаются верными закону, несмотря на вакханалию беззакония в стране. Примеров такой твердой позиции много. Например, и суд, и прокуратура приняли правильное решение в отношении Дмитрия Садовника – командира подразделения «Беркут», которого бросили в тюрьму по надуманным и ничем не подтвержденным обвинениям. Его выпустили из-под стражи, сегодня он находится со своей семьей, как и должно быть, ведь он честный человек и не нарушал закон.

Показательной я считаю и ситуацию с активами моего брата, которому принадлежала доля в уставном капитале холдинга «Юнисон групп». Когда на его сельскохозяйственное предприятие, расположенное в Днепропетровской области, напали рейдеры, прокуратура оперативно отреагировала на наше обращение и стала на сторону законных собственников имущества.

То есть, несмотря на постмайданный хаос, Генпрокуратура в этих вопросах защищает законные интересы граждан Украины – независимо от их политических взглядов. За это я уважаю руководство Генеральной прокуратуры.

Давайте перейдем к экономической ситуации на Украине. Правительство Яценюка уже не скрывает, что страна находится на грани дефолта. Как Вы оцениваете экономическую политику нынешнего украинского правительства?

– То, что Яценюк ведет абсолютно провальную экономическую политику, известно всем. Фактически дефолт неизбежен: переговоры о реструктуризации долгов с кредиторами практически провалились, а денег в украинском бюджете на выполнение долговых обязательств нет.

При этом важно понимать, что дефолт не несет катастрофических последствий для правительства. Напротив, это наиболее логичный сейчас для него шаг, который позволит списать часть внешнего долга, и облегчить финансовую нагрузку на бюджет. Для граждан дефолт – это очередные испытания на прочность: падение курса гривны, новый уровень цен на продукты, урезание социальных выплат.

В то же время, при правильном администрировании дефолт может стать источником экономического роста. Так, например, было в Мексике после дефолта 1994 года, России после 1998 года, Исландии 2008 года. Однако именно от профессионализма украинского правительства будет зависеть конечный результат, а о профессионализме этой власти, к сожалению, и говорить не приходится.

То есть вы следите за последними событиями на Украине? Отслеживаете ситуацию на Донбассе?

– Конечно! Я очень переживаю за свою малую родину. Без преувеличения, каждый снаряд в этой войне летит как будто в меня. Потому что разрушает все, что мне дорого и что я люблю и знаю с детства. У многих такое же чувство по поводу региона, особенно если учесть, что все эти ужасные события случились после того, как все мы, жители области, действовали созидательно, пытались приумножить процветание Донбасса. А теперь люди вынуждены по независящим от них обстоятельствам уезжать, покидать свои дома.

На маленьком Донбассе сегодня столкнулись интересы двух огромных государств. Рядовые жители стали невольными заложниками мировых тектонических геополитических сдвигов. Поэтому, считаю, единственный путь для Донбасса – поиск высокого политического решения. Силами только украинской власти конфликт уже не разрешить – к сожалению, нашу судьбу решают за нас. Причем, как бы ни звучало это жестоко, судьбы простых украинцев, их жизни никто в расчет не берет. Горько до глубины души…

Как Вам живется в России? Вы поселились в Москве? Правда ли, что вы попросили гражданство Казахстана?

– Я был и остаюсь гражданином Украины, и это – единственная правда. В Казахстане не то что не живу, даже ни разу не был. А живу я в Украине, по крайней мере, душой, поэтому и состоялась наша беседа. Физическое местоположение не называю по разным причинам, в первую очередь из соображений безопасности моих близких.